Loading...

Tsiolkovsky Ship and Wittgenstein House: Weltanschauung as a Basis for Creative Methods and Results

Scientific Essay 2011 45 Pages

Philosophy - Philosophy of the 19th Century

Excerpt

Inhaltsverzeichnis

ВВЕДЕНИЕ

Корабль Циолковского

Дом Витгенштейна

Гносеология Циолковского

Мировоззрение Циолковского

Творческий метод Циолковского

Гносеология Витгенштейна

Мировоззрение Витгенштейна

Творческий метод Витгенштейна

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таблица 1 Сравнение мировоззренческих установок Циолковского и Витгенштейна

ПРИЛОЖЕНИЕ (Биографии)

Список источников

Корабль Циолковского и Дом Витгенштейна: философские основания метода и результата творчества Аннотация

Исследование осуществлено для выявления связи между мировоззрением, познавательными и творческими методами и результатами познания и творчества. Рассуждение построено на предположении, что мировоззрение отдельного автора является частью культурной традиции, и в этом смысле результаты творческой деятельности представителей одной культуры в какой-то степени предопределены характерной для данной культуры постановкой вопросов и существующими в ней познавательными и творческими методами. Рассмотрение данного предположения произведено на примере ракеты, космического корабля, автором идеи которой является К.Э. Циолковский. В качестве примера для сравнения рассмотрен известный архитектурный проект Л. Витгенштейна. Показано, как представление о мире, как об открытой динамической системе в случае Циолковского и представление о мире, как о закрытой статической системе в случае Витгенштейна определило их творческие методы и результаты.

Ключевые слова: методы познания, космизм, логический позитивизм

Tsiolkovsky Ship and Wittgenstein House: Weltanschauung as a Basis for Creative Methods and Results

Annotation

The research has been undertaken to clear up a connection between one’s Weltanschauung, and epistemological methods and creative activity outcomes. It is agued that a particular author world view is always a part of a bigger cultural platform and as a consequence all the results of creators belonged to the same culture are to some degree preconditioned. The conditions in question are represented by a peculiar for a given culture conceptual framework which shapes very questions asked as well as the way they are answered. The aforementioned issue has been investigated on the Tsiolkovsky space ship example. The Viennese Wittgenstein architectural project has been taken as an antithesis. The result of investigation shows how world views of Tsiolkovsky and Wittgenstein shape their respective epistemological and creative methods and their creative activity outcomes.

Key Words: culture-bound epistemology, Russian cosmism, logical positivism

ВВЕДЕНИЕ

Границы моего языка определяют границы моего мира.

Л. Витгенштейн 1922 [20]

Изучение вселенной начато, но, конечно, никогда не будет закончено. Наше знание капля, а познание – океан.

К.Э. Циолковский 1928 [52]

Идея данного исследования в том, чтобы проследить связь между мировоззрением, творческим методом и результатом. Причем мировоззрение индивидуального автора в данной работе понимается, как часть культурной традиции. Исходным является предположение, что в этом смысле результаты творческой деятельности авторов определенной культуры в какой-то степени предопределены. Предопределенность обусловлена постановкой вопросов, характерной для данной культуры, системой ограничений, в которых эти вопросы раскрываются, а также познавательными и творческими методами.

Для того чтобы проследить обозначенную выше зависимость между индивидуальным результатом и мировоззрением, как части культурной традиции, на платформе которой он был достигнут, наиболее наглядным представляется анализ результата творчества во взаимосвязи с процессом и способом его достижения. В поиске примера естественным было обратиться к отечественной истории. Одним из наиболее значительных достижений российской мысли стала космическая программа. Пример выглядит подходящим, так как очевиден неслучайный и даже закономерный характер данного явления именно в российской культуре. Подтверждением этому может служить целый ряд образов в отечественной традиционной культуре, искусстве и литературе [43][34], а также ряд мыслителей, ученых, энтузиастов в российской истории, которые с древнейших времен до наших дней посвятили себя изучению взаимосвязи космоса и человека [39].

В качестве репрезентативного творческого результата взята ракета, космический корабль, автором идеи которого принято считать К.Э. Циолковского. Первоначальный замысел исследования этими «координатами» и ограничивался. Ракета, как проекция гносеологии Циолковского, выглядела многообещающим объектом наблюдения в поиске секрета российского творческого метода и аутентичных черт российского мировоззрения. Однако в процессе сбора материала стало понятно, что нужен еще один объект для раскрытия особенностей метода Циолковского в сравнении с каким-нибудь другим. Такой антитезой послужил архитектурный проект Л. Витгенштейна, дом, построенный им в 1926-1928 гг. в Вене соавторстве с архитектором П. Энгельманом.

Как показала работа с источниками, так называемый Дом Витгенштейна, несмотря на протесты отдельных исследователей [6], даже принято трактовать, как проекцию его философской концепции [3]. Такое сравнение правомерно и потому, что сам Витгенштейн проводит параллели между архитектурой и философией, говоря, что работа над тем и другим похожа во многих отношениях и является работой над собственным видением [26].

Авторы объектов сравнения были современниками (Циолковский 1857-1935; Витгенштейн 1889-1951), и мировоззренческие позиции, в рамках которых они реализовывали свои замыслы, развивались параллельно (аналитическая философия и естественнонаучный космизм).

Логический позитивизм Витгенштейна, существенно повлиял на современную теорию познания в науке, а в целом идеи аналитической философии являются доминирующими в философии XX в. англоязычных стран [25]. Личность Циолковского была практически канонизирована в советской науке, а его открытия, познавательные и творческие подходы получили продолжение в работе С.П. Королева и материализовались в космической программе СССР, оказавшей влияние на развитие научного знания во всем мире и даже конкретно повлиявшей на реформу образования в США времен холодной войны [1].

Оба мыслителя положили начало новым наукам: Циолковский – космонавтике, Витгенштейн – лингвистической философии, и оставили после себя содержательные архивы, разработкой, осмыслением и публикацией которых до сих пор занимаются национальные институты: Российская Академия Наук и Кембриджский Университет.

Статья включает четыре главы. В первых двух описываются творческие результаты Циолковского и Витгенштейна. Ставилась задача понять их суть и масштаб в контексте современной им культуры и культуры нашего времени, а также в контексте биографий и личностных особенностей авторов. Для этой цели также в конце статьи помещено приложение «Биографии», в котором приведены основные факты из жизни Циолковского и Витгенштейна в хронологической последовательности. Последние две главы посвящены гносеологии Циолковского и Витгенштейна и содержат подразделы, в которых на основе первоисточников произведен анализ их мировоззренческих установок и творческих методов, определивших результаты, описанные в начале. В заключении проведено сопоставление представлений, практик и результатов Циолковского и Витгенштейна. Выявлена определяющая роль мировоззренческих установок в формировании познавательных и творческих методов и конечном результате познавательной и творческой деятельности, а также на нескольких примерах показан их надличностный присущий данной культуре в целом характер.

Полученные выводы могут быть использованы в познавательных и творческих практиках с целью повышения их эффективности.

Корабль Циолковского

Будьте внимательны, напрягите все силы, чтобы усвоить и понять излагаемое. Едва ли одной моей энергии достаточно, чтобы вас убедить. Присоедините и свою собственную, и ваших друзей. Никаких авторитетов я припрягать к моей работе не буду, кроме авторитета точной науки, так как найдутся философы и совершенно противоположных мнений. Нет вообще постулата или положения, которое не опровергалось бы авторитетами. Авторитеты отвергали Сократа и всех философов, они отвергали железные дороги, швейные машины и все другие изобретения. Загляните только в историю развития науки и техники. Нет идеи, которой бы не отвергали в свое время авторитеты. Они же иногда утверждали и ложные идеи.

За напряжение, за внимание вы будете вознаграждены, не скажу сторицею, это чересчур слабо, но безмерно. Нет слов для выражения тех благ, которые вы получите за свой труд. Нет меры для этих благ. Эта мера есть бесконечность.

Циолковский К.Э. 1918 [47]

Для осмысления творческого результата Циолковского прибегнем к помощи известного популяризатора науки Я.И. Перельмана, который поместил описание идей Циолковского в свое сообщение о возможности «между-планетных путешествий» для «Общества Любителей Мироведения», сделанное им 20-го ноября 1913 года. Сам Циолковский приводит краткое извлечение из этого сообщения в Дополнении к «Исследованию мировых пространств реактивными приборами» 1914 г.:

...В стороне от всех фантастических проектов стоит идея, высказанная нашим известным теоретиком воздухоплавания – К.Э. Циолковским. Здесь перед нами уже не измышление романиста, а научно разработанная и глубоко продуманная техническая идея, высказанная вполне серьезно. К.Э. Циолковский указывает на единственный реальный путь осуществления межпланетных сообщений. Принцип, на который опирается его проект - это давно известный, но еще почти не использованный техникой принцип реакции отдачи (проявляющийся, например, при стрельбе). На этом основано устройство ракет и межпланетный дирижабль Циолковского, в сущности, не что иное, как огромная ракета.

Отчего ракета взлетает вверх? Ошибочно думать, что ракета летит, подобно пуле, или, что она отталкивается от воздуха вытекающими из нее газами. В том-то и дело, что полет ракеты нисколько не зависит от воздуха и вообще от окружающей среды. Газы, образующиеся при сгорании пороха в трубке ракеты, стремительно вытекают вниз, а сама ракета силою реакции (отдачи) отбрасывается в обратном направлении, т.е. вверх. В абсолютной пустоте ракета бы взлетела на еще большую высоту, так как воздух, вследствие трения, только мешает ее полету. Если вы вообразите себе ракету колоссальных размеров, с камерой для людей, могущих по желанию регулировать истечение газов – вы получите наглядное представление об управляемом небесном снаряде Циолковского.

Преимущества такого снаряда очевидны. Во-первых, он в полном смысле слова управляем, ибо, регулируя скорость и направление истечения газов, пассажиры могут по желанию изменять быстроту и направление своего движения. Во-вторых, нарастание скорости происходит здесь не внезапно (как в ядре Жюля Верна), а постепенно, по мере истечения газов, так что пассажирам не грозит опасность быть раздавленными собственным весом.

Циолковский разрабатывает свой проект уже более 20-ти лет. Правда, он еще настолько далек от практического осуществления, что не вылился даже в конкретную форму, но принцип указан совершенно правильно… Главное и, пожалуй, даже единственное препятствие к немедленному осуществлению реактивного небесного дирижабля – это отсутствие достаточно сильного взрывчатого вещества. Мы еще не знаем источника, который при современном состоянии техники способен был бы развить силу, достаточную для движения такой огромной ракеты. Но вспомнив, что в таком же положении были всего четверть века тому назад первые пионеры авиации: принцип летания был указан правильно, и остановка была лишь за достаточно могучим двигателем. Нет ничего невозможного в том, что не сегодня-завтра будет найден необходимый источник энергии – двигатель будущих небесных дирижаблей. Тогда заманчивая мечта о достижении иных миров, о путешествии на луну, на Марс или Сатурн, превратился, наконец, в реальную действительность. Воздух, необходимый для дыхания, нетрудно будет взять с собой (в виде хотя бы жидкого кислорода), точно так же, как и аппараты для поглощения выдыхаемой углекислоты. Точно также, конечно, вполне мыслимо снабдить небесных путешественников достаточным запасом пищи, питья и т.п. С этой стороны едва ли могут представиться серьезные препятствия для путешествия, например, на луну, а со временем – и на планеты.

Итак, если нам суждено когда-нибудь вступить в непосредственное сообщение с другими планетами, включить их в сферу своей добывающей промышленности, быть может, даже колонизировать иные миры, если астрономия превратится когда-нибудь в «небесную географию и геологию», словом, если земному человечеству суждено вступить в новый «вселенский» период своей истории, то осуществится это, всего вероятнее, при помощи исполинских ракет и вообще реактивных приборов. Это единственное намечающееся в настоящее время практическое разрешение проблемы межпланетных путешествий [51].

Это замечательно наглядное изложение идеи Циолковского, помещенное в контекст современной ему науки, дает нам представление о сути, масштабе и потенциале использования его открытия. Здесь будет уместно вспомнить обстоятельства жизни ученого, а именно: отсутствие формального образования, ограниченные физические возможности, весьма скромный доход школьного учителя и необходимость зарабатывать до старости на содержание большой семьи и осуществление научной работы, а также физическая удаленность от научного сообщества вследствие жизни в провинции (См. Приложение «Биографии»). Даже простое перечисление этих обстоятельств создает парадоксальный контраст с идеями Циолковского. Еще более странное впечатление возникает при просмотре фотографий квартиры и дома ученого в Боровске и Калуге, городах, где он прожил большую часть своей жизни (1880-1891 гг. и 1892-1935 гг. соответственно) и сделал свои открытия в области аэронавтики, в том числе проект реактивной ракеты [44]. Модель одного из изобретений Циолковского, металлического дирижабля, в обстановке провинциального быта рубежа XIX-XX вв. выглядит «космическим пришельцем», чем она, как ни странно и является.

Теперь, давайте посмотрим на то, как сложилась судьба творческого результата Циолковского. Предложенный им принцип, положенный в основу конструкции двухступенчатой ракеты, и позже получивший название «простейшего пакета» (параллельное отсоединение ступеней ракеты), стал альтернативой немецкой разработки, трофейной Фау-2, на основе которой изначально проектировалась советская ракета. Именно принцип Циолковского лег в основу Р-7 [35]. С.П. Королев, руководивший созданием ракеты, указывает на авторство идеи в «Принципах и методах проектирования ракет большой дальности»: «Наиболее перспективным решением для дальностей полета до 8000 км может явиться схема №3 составной ракеты «пакет», разработанная К.Э. Циолковским.» [37].

Вот как оценивает значение ракеты Р-7 автор статьи «К вопросу истории создания ракеты Р-7» Б.Н. Кантемиров в сборнике трудов XXIX - XXXI чтений, посвященных разработке научного наследия и развитию идей К. Э. Циолковского (Калуга, 1994, 1995, 1996):

Ракета Р-7, знаменитая «семерка», сыграла примечательную роль не только в истории техники, но и в истории страны. Она являет собой весьма удачное инженерно-конструкторское решение, позволившее эксплуатировать ее более 35 лет. Эта ракета была создана как носитель термоядерного заряда, способный переносить его на межконтинентальную дальность с требуемой точностью, малоуязвимый в те времена для средств обороны. В результате создания этой ракеты был установлен военный паритет между СССР и США, предотвративший применение ядерного оружия как средства решения политических проблем. На базе ракеты Р-7 был создан целый ряд космических ракет-носителей («Спутник», «Восток», «Союз», «Молния»), которые позволили открыть дорогу в Космос, начать планомерное исследование, освоение и использование космического пространства в интересах людей [36].

За рамками данного исследования оставлен весь исторический и культурный контекст открытий Циолковского в области ракетостроения, связывающий эти открытия с космическим мировоззрением. Оно имеет корни в традиционной культуре и находит выражение в индивидуальных установках и представлениях носителей национальной культуры России. Эта связь между конкретным творческим результатом и культурной парадигмой, в рамках которой он достигнут, принимается в данной работе, как исходное положение. Хотелось бы только отметить, что в свете этого положения индивидуальный результат понимается как плод коллективных усилий многих поколений людей и как эстафета для следующих поколений.

В свете вышесказанного следует отметить удивительный оптимизм, объединяющую силу и огромную энергию творческого результата Циолковского. Его идеи нашли себе путь к реализации в максимально неблагоприятных условиях и распространились в масштабах, которые даже сейчас сложно оценить. Энтузиазм, который поддерживал автора на всем его творческом пути, сопровождает и развитие его идей вплоть до наших дней. В этом году, когда праздновалось пятидесятилетие со дня первого полета человека в космос, в юбилейных передачах не раз можно было услышать от современников исторических событий про необыкновенное чувство единства, которое охватило всех людей в этот день. Эти феномены сделали интересным и во многом определили выбор корабля Циолковского в качестве объекта исследования творческого результата и творческого метода.

Дом Витгенштейна

Насколько мои усилия согласуются с усилиями других философов, я не буду судить. В действительности, то, что я здесь написал, не претендует на новизну; и поэтому я не привожу ссылок на источники, так как мне безразлично было ли то, что я придумал, уже кем-то придумано до меня.

Если эта работа имеет ценность, то она заключена в двух вещах. Во первых, в идеях, которые в ней выражены, и эта ценность тем больше, чем лучше эти идеи выражены. Чем больше ударов сделано по шляпке гвоздя. И здесь, я осознаю, я сделал гораздо меньше возможного. Просто потому, что мои силы недостаточны для такой задачи. Возможно, другие смогут сделать это лучше меня.

С другой стороны, истина и идеи, переданные здесь, представляются мне неоспоримыми и точными. Поэтому я считаю, что поставленные задачи в основном решены.

Витгенштейн Л. 1918 [14]

Биография Витгенштейна по отношению к биографии Циолковского представляется почти абсолютной антитезой (См. Приложение «Биографии»). Однако, в них можно обнаружить несколько удивительных совпадений. Например, читаем выдержку из биографии Витгенштейна в изложении исследователей его жизни Эдмондса и Айдиноу: «К 1911 году мысли двадцатидвухлетнего Людвига были заняты философией математики. Отец хотел, чтобы сын получил техническое образование, и тот уже провел два года в Берлине и три в Манчестере — изучал аэронавтику, строил экспериментальные аэростаты, наконец, разработал проект реактивного двигателя» [59], — все это предметы научного интереса Циолковского.

[...]

Details

Pages
45
Year
2011
ISBN (eBook)
9783656693024
ISBN (Book)
9783656696995
File size
575 KB
Language
Russian
Catalog Number
v273955
Grade
PhD student 4th year
Tags
culture-bound epistemology Russian cosmism logical positivism Tsiolkovsky Wittgenstein

Author

Share

Previous

Title: Tsiolkovsky Ship and Wittgenstein House: Weltanschauung as a Basis for Creative Methods and Results